Я даже не знаю, кто из нас безумнее — я, среди яркой городской ночи чиркающий сюжеты и образы один за одним, или эти облака, подглядывающие в мои ночные окна, меняющие формы, направления,  мечты. «О чём мечтает облако?» — спрашиваю я себя. О чем бы мечтал я, будь я облаком — ну хоть бы вот этим перистым, с розовым краем и капризным характером, склонным к осадкам? Нет, они точно мечтают . Мечтают и спорят с друг другом , смешивая потоки, подражая окраске и заигрывая с горожанами. Одни улыбаются солнцу и строят ему глазки, другие, чаще более смелые и плотные затмевают солнце в защите, стремясь дать ему так необходимый покой. Куда нежнее утренние облака, они сами кажутся сонными, это облака-стажеры, я прекрасно знаю о чем говорю — перед рассветом, когда я обычно забываю себя среди черновиков и прошу помощи неба, я часто замечаю, как ночь сдаёт смену дню. Робкие утренние облака со всем утренним трепетом и ответственностью ровняются по небу, робко выстраиваясь в фигуры и формы. Какое же это счастье быть зрителем парада облаков! Только ради этого можно было стать городским писателем, медленно и незаметно превращаясь в гения, как облако в своей мечте становится небом. Только ради этого возможно такое терпение к рождению творчества, это как небо в своей любви рождает очередное облако.

Конец

Эта музыка как сигаретный дым, она ищет тебя, обволакивает, пытается проникнуть в самые твои тонкие поры, въесться в тебя, найти твое слабое место.А ты держишься , не затягиваешься ею, потому что ты знаешь , что стоит тебе потерять контроль, она станет тобой, а ты станешь дымом, и уже тебя будут курить и вдыхать, не оставляя от тебя ничего явного и существенного. И пусть этот дым вьется вокруг, из каждого рта, из окон и проходов, пусть он будет, какой он на самом деле есть — временный и смертный, частичный и неполноценный, ты не тот, кто сделает его живым, просто иди мимо, иди и дыши, своим воздухом — его хватит на всех.

Конец

Она никого по-настоящему не любила, она так и хотела . Она желала своего одиночества, своей независимости, своей силы. Она боялась чужой боли , потому что боли было достаточно в ней самой , она страшилась стороннего зла , потому что его и так хватало в жизни , она избегала людей и уже перестала их проверять и отбирать , приближать и приближаться к себе, такой странной и одинокой . Казалось бы , нет ничего проще сказать привет, улыбнуться , посмотреть более нежно и внимательно , но почему всегда за этим открывается пропасть горя и отчаяния , потоки скорби и печали , горечи и отчаяния , которые она уже не в силе была сдерживать ? Она не знала кому задать этот вопрос , с кем поделиться и посоветоваться о своей жизни и что творится вокруг. Пока однажды она не поняла сама, что счастье не в количестве радости , не в сумме средств , не в каждодневном празднике , не в безропотности перед потоком горя и слез , а в Тишине…Внутренней спокойной собранной и правильной, выдержанной и безбрежной , как сама жизнь — она обязательно есть снаружи и есть внутри , этого не может не быть , иначе негде было бы разлиться и развернуться потокам боли и страдания , не было бы места и счастью , если бы ни Тишина. Ее честь и достоинство , ее благость. Когда есть тишина , есть место и есть этому месту время и есть этому времени жизнь. Она стала давать себе Тишину, у нее стало появляться  место, время стало на ее стороне , жизнь повернулась к ней , а она к Жизни . Она сделала свой первый вдох , она почувствовала воздух , обрела свою Тишину , встретилась со своей силой , нашла ей время и место , нашла ей друзей , нашла ей счастье , нашли ее средства , пришла к ней любовь , пришла от нее забота , улыбнулось ей счастье и поцеловало в лоб , как самое сокровенное дитя , как самый любимый цветок , как самое преданное создание, как новую звезду в небе , как ангела любимого человека , как озарение , которое спустилось с неба. Никого больше не было в этой Тишине , только она и этот поцелуй Бога.

Конец